На историческом процессе “Советский Союз против Валерии Новодворской” 22 октября дело, издавая подозрительный треск, стоны, вопли и завывания, теряя по дороге хвост, лапы и шестеренки, довлачило свое жалкое существование до полуфинала. А в финал, скорее всего, не выйдет ни одна команда: команда нападения, то есть прокуратуры, - потому что играть не умеет; команда защиты - потому что ее не выпустит на поле судья, в адрес которого после зачитывания многометрового определения в зале среди демократической и журналистской общественности ходили разные мнения, самым вежливым из которых было, пожалуй, это: “Судью на мыло!

Можно поздравить себя с известным общественным прогрессом: на Афганистан при тоталитаризме мы потратили 9 лет, а на Чечню при демократии - меньше двух. Налицо “великий скачок”. Глядишь, в следующий раз управимся с очередной агрессией и за два месяца, перед тем как ноги унести. Давно нас так не учили хорошим манерам. С советско-финской войны. Это было возмездие и за Прагу, и за Будапешт, и за Кабул и за Западную Украину. И никогда еще Божья кара не была так заслужена.

Мы никогда их не понимали. Мы никогда их не поймем. Потому что сытый голодного не разумеет. У нас всегда было навалом всякой географии: “много в ней лесов полей и рек”… Мы могли позволить себе роскошь выбросить за окно Среднюю Азию, Кавказ, Украину, Балтию. И не обеднели. 1/6 или 1/8 суши - не все ли равно? И так, и этак от Москвы до Владивостока 9 часов. Сбыв с рук около 1000 млн.

С развитием демократии в Москве поубавилось достопримечательностей. Раньше в разряд семи чудес света входили, бесспорно, московские магазины, где восхищенное население провинции могло лицезреть (и даже купить как сувениры) мясо, масло, колбасу, сыр, апельсины, бананы и шоколадные конфеты, а если очень везло, то и зефир с мармеладом, импортных кур и какие-нибудь аглицкие туфельки, а то и австрийские зимние сапожки. Наряду с Грановитой Палатой и соборами Кремля можно было посетить оперу во Дворце съездов и насладиться бутербродами с икрой, балыком, семгой, взбитыми сливками и антиквариатом вроде трюфелей и “Мишек косолапых” на Севере и Юге.

А все-таки она вертится! Ушел в запасники (до очередного коммунистического реванша) cамиздат, выродились диссиденты (одни канули в Лету и влево, где их позиция слишком напоминает Плеханова, Аксельрода и Веру Засулич, и оттого ужасно раздражает; другие заметались на нейтральной полосе между белыми и красными и вместо исторической роли получили театральную; а мы какие же диссиденты, если при первом порыве ветра слева бросаемся на шею родной заклятой власти, потому что нам и впрямь некуда деться, или к Ельцину под крыло, или на Колыму).

Россия выбирает мэров и губернаторов. Выбирает свободно и впервые в своей истории без всяких цензов, коллегий выборщиков и прочих ситечек, которыми обставлялись выборы прежде и благодаря которым знаменитый либерал Милюков оказался в Государственной думе не сразу (не проходил по “жилищному вопросу”, ценза не хватало: не был домовладельцем). Впрочем, пожелай сегодня Милюков куда-нибудь избраться, ему бы ничего не светило. В “Демвыборе России” все места заняты: на декабрьских выборах не хватило квоты даже на ПЭС Константина Борового, а в отдельно взятых округах Москвы яблочники и выбороссы вытаскивали друг из-под друга стулья.

Если я, попав в здание, где на третьем этаже обитает “МК”, увижу на лестнице главного редактора Гусева и репортера Хинштейна, которые, сильно вспотев, будут вытаскивать из лифта коробку из-под телевизора “Хитачи”, наполненную доверху долларами в сотенных купюрах, клянусь, я не задам им ни одного лишнего вопроса. Я лишь посмотрю на коробку с уважением и приязнью, потому что доллары, марки, франки, иены и золотые тельцы вызывают в моей либеральной душе неописуемый восторг.

Убит бизнесмен. В демократической России этим никого не удивишь. В Советской России при Ленине их расстреливали, при Сталине они перевелись, при Брежневе их доставали из подполья и сажали, а теперь мы строим капитализм, поэтому их просто отстреливают без суда и без следствия, и наша народная милиция уделяет этому не больше внимания, чем криминальным разборкам каких-нибудь люберецких авторитетов. Похоже, что “правоохранительные” органы вообще обладают очень маленькой разрешающей способностью: они не различают и не отличают предметы.

Всегда есть время разбрасывать камни, совершая некий библейский суд над теми, кто эти камни собирал. Егору Гайдару на паях с Анатолием Чубайсом досталось столько камней, что их хватило бы на две дюжины блудных дщерей иерусалимских. Но если Анатолий Чубайс знает возможности и наклонности рода человеческого и, я уверена, не плачет в подушку по ночам от людской неблагодарности (и потому что смертельно устает, и потому что по природе своей - аналитик и полководец, а они не плачут: они думают, как наутро двинуть рать), то Егор Гайдар совсем без раковины и без панциря, и каждый брошенный камень достигает цели: ранит и причиняет боль.

Послушайте, ребята, Что вам расскажет дед: Земля наша богата, Порядка только нет. Ох, прав был Алексей Константинович Толстой: о порядке мы тоскуем и говорим тысячелетие с копейками. Нет этого сюжета ни у американцев, ни у немцев, ни у японцев. Ни у кого нет, даже в Африке, где уж вовсе никакого порядка (за вычетом Египта при фараонах и ЮАР до Нельсона Манделы) сроду не было. А у нас есть сюжет, тема, хрустальная мечта.